Комната была спальней. В ней стояла кровать с деревянным изголовьем, застеленная белым бельём. У кровати — тумбочка с лампой под абажуром.

Её рука на его бедре

Он лежал на ней. Она лежала на спине. Её светлые волосы раскинулись на белой подушке. Чёрный бюстгальтер, чёрные чулки в сетку, чёрные трусики. На левом боку — татуировка. На пупке — пирсинг. На правой руке — кольцо. На левой — браслет.

Он был в браслете на левой руке. Тёмные волосы.

Он целовал её грудь. Его губы касались кожи над тканью бюстгальтера, потом ниже, на животе. Он двигался медленно, вниз.

Её рука лежала на его бедре. Пальцы не сжимались, просто лежали. Другая её рука оставалась на простыне рядом с собой.

Он продолжал целовать её. Минуту. Его голова была опущена. Он не смотрел на неё. Она смотрела в потолок. Её рука на его бедре не двигалась.

Потом он переместился ещё ниже. Кружево трусиков, затем кожа. Он целовал её пах. Она не шевелилась. Только её пальцы на его бедре слегка сдвинулись, когда он сменил положение.

Она держала себя за грудь. Её ладонь легла на кружево бюстгальтера и осталась там.

Лампа на тумбочке горела. Свет падал на белую простыню и на них.

Её рука на его затылке

Её рука лежала на его затылке, пальцы в его тёмных волосах, пока он целовал её пах поверх чёрной сетки чулок. Она держала себя за грудь другой рукой, кольцо на пальце блестело при свете лампы. Он двигался медленно, почти неотрывно.

Потом она потянула его за волосы, поднялась и перевернула его. Он оказался на четвереньках, а она опустилась за ним, к его ягодицам. Её губы коснулись его кожи, её рука с браслетом легла на его бедро.

Вещи, которые всё видели

Комната хранила их следы, вещи занимали свои места или покидали их.

Если хочется ещё в этом духе — парно.

Ни одна из этих вещей не вмешалась и не прокомментировала происходящее. Они лишь продолжали быть.

Она целовала его ягодицы, двигалась ниже. Её светлые волосы рассыпались по его спине. Он замер, опираясь на ладони, и ждал.

Он держал её за ягодицы

Комната позволяла им двигаться, но не давала разбега. Она позволяла им менять положение, но не уйти. Она позволяла им касаться, но не укрыться.

Она стояла на четвереньках. Её спина выгнулась, а голова опустилась. Чёрные чулки в сетку туго обтягивали её ноги. Он стоял на коленях позади неё. Его руки лежали на её ягодицах, пальцы вдавливались в кожу.

Что можно было сделать

В комнате можно было опереться о деревянное изголовье кровати. Оно было твёрдым и неподвижным. Можно было коснуться холодной поверхности тумбочки, но до неё нужно было тянуться. Можно было лечь на белое бельё, но сейчас они этого не делали.

Она оставалась на месте. Он не двигал её, только держал. Комната держала их обоих.

Потом он начал двигать её к себе. Медленно, почти незаметно. Она поддалась этому движению, не сопротивляясь, но и не помогая. Комната наблюдала. Лампа на тумбочке горела ровным светом. Ничто не падало и не ломалось. Всё было на своих местах. Она стояла на четвереньках, а он держал её за ягодицы.

Она перевернулась на бок

Он остался на коленях, когда она двинулась, оторвавшись от него. Она перевернулась на левый бок, лицом к деревянному изголовью. Её правая нога вытянулась, левая согнулась в колене. Чулок в сетку на левой ноге сполз, открывая кожу выше колена.

Он опустил руки на её ягодицы. Его пальцы легли на чёрную ткань трусиков, вдавили её в кожу. Он не двигался, просто держал.

Сдвиги

Она лежала неподвижно, один глаз прищурен, смотрит в стену. Её рука с кольцом лежала на одеяле, браслет на другой не шевелился.

Потом он наклонился вперёд, и его руки сдвинули её тело, развернули чуть сильнее. Она позволила этому случиться, её тело подалось под его ладонями. Ткань её трусиков натянулась.

Он отпустил её, поднялся с колен и переставил их. Встал над ней, сбоку от кровати. Снова положил руки на её бёдра, теперь уже с другой стороны. Его браслет скрылся в складках белого белья.

Он потянул её к себе, и она, всё ещё на боку, съехала по простыне ближе к краю. Её плечо упёрлось в его колено. Свет от лампы на тумбочке скользнул по металлическому браслету на её запястье. Он провел ладонью от её бедра вверх, к татуировке на ребре, чуть сдвинув край бюстгальтера. Кожа под его пальцами была влажной.

Затем он опустился на колени снова, развернув её тело так, чтобы она оказалась на четвереньках. Её спина прогнулась, чёрные чулки contrasting с белизной простыни. Он взял её за бёдра, фиксируя положение. Его пальцы легли точно на следы от предыдущего касания.

1. Она перевернулась на левый бок.
2. Он опустил руки на её ягодицы.
3. Он наклонился, развернул её тело.
4. Он поднялся и переставил колени.
5. Он встал сбоку от кровати.
6. Он снова положил руки на её бёдра.
7. Он потянул её к себе.

Он потянул её к себе, и она, всё ещё на боку, съехала по простыне ближе к краю. Её плечо упёрлось в его колено.

Он лёг на неё

Он лёг на неё сверху, и она приняла его вес. Её спина вжалась в белое бельё. Он лежал на ней, и она лежала под ним на спине, не двигаясь.

Её руки лежали вдоль тела. Правая с кольцом, левая с браслетом. Его браслета на левой руке уже не было.

Свет лампы на тумбочке падал на деревянное изголовье за ними и на её светлые волосы, растрёпанные на подушке. Её татуировка на левом боку была скрыта теперь. Чёрный бюстгальтер, чёрные трусики, чулки в сетку — всё это оставалось на ней.

Он лежал, и она лежала. Дышали они вместе, грудью к груди.

Потом он сдвинулся, и его не стало. Она повернулась на бок, спиной к лампе. Комната осталась: кровать, бельё, тумбочка, свет. Всё на своих местах. Ничего больше.